В 1999-м Монтойя взял CART. Самый молодой чемпион. На овалах он был неуловим: две "Инди-500", подиумы, стальная воля. Все ждали, что этот парень перевернёт Формулу-1. В 2001-м он приехал. Но вышло иначе.

Первые сезоны в Williams показали: Монтойя реально быстрый. Бронза в 2002-м и 2003-м – это серьёзно. Но Рон Деннис ошибся. В 2005-м он посадил Монтойю рядом с Кими в McLaren. Думал, будет Сенна-Прост. Вышло наоборот.

Травма летом 2005-го сломала рёбра и график. В 2006-м McLaren посыпался: машина, тактика – всё. Монтойя так и не показал себя на европейских трассах. Контраст: на американских овалах он читал траекторию, понимал машину, побеждал.

История Монтойи показала простую вещь: American racing и European racing – это разные профессии. Овал требует другого мышления: аэродинамика, плотные старты, игра с DRS задолго до его появления. Монтойя был в этом мастак. Но узкий паркинг вроде Монако или Сузуки – там расчёт другой.

Он не первый. До него американцы из IndyCar тоже терялись в Ф-1. После него – та же история. Монтойя выиграл CART, стал легендой "Инди-500", но в Ф-1 остался быстрым напарником, а не лидером эпохи.

Монтойя сейчас аналитик Ф-1. Критикует нынешних гонщиков, особенно когда видит в них то, что сам не смог. Его слова про Леклера в Бельгии – это вывод из собственного опыта: иногда нужно просто врезаться, чтобы доказать позицию. На овалах он так делал. В Монако – нет.

Его история похожа на Жиля Вильнёва – канадца, короля North American racing, который в Ф-1 остался очень быстрым парнем, но не чемпионом. Разница: Вильнёв погиб, не успев осознать. Монтойя живёт и видит эту разницу каждый день.

Аристарх Петухов, sport-ai.ru