Напомню, что произошло. Главный тренер махачкалинского «Динамо» Вадим Евсеев эмоционально высказался об ошибке бывшего голкипера «Спартака» и сборной России Александра Филимонова. Фразу «Не называйте эту фамилию!» растащили по всем сайтам за сутки, и, честно говоря, она сама себя прорекламировала.

Шнякин в ответ напомнил про великие спасения Филимонова. Аргумент рабочий, но он работает в обе стороны. Одна удачная серия не отменяет того, что ошибка в матче с ценой очков остаётся ошибкой.

Где Шнякин прав

Во-первых, тренер разговаривает на эмоциях, а вратарь платит за это по-настоящему. Евсеев сам признаёт, что высказался резко. Такой тон в адрес конкретного игрока неудобен для всех: для Филимонова, для раздевалок и для читателей.

Во-вторых, критика вратарей у нас часто скатывается в поиск виноватого в каждом пропущенном мяче. Шнякин прав, что вратарь — последняя линия, и его оценивают по худшему эпизоду, а не по сезону.

Где Шнякин неубедителен

Слово «колхоз» он применяет ко всему разговору, хотя Евсеев вполне конкретно указал на эпизод. Когда тренер говорит о своём игроке конкретно, а журналист отвечает общими словами про прошлые заслуги, спора не получается.

Во-вторых, вопрос про то, смотрит ли Филимонов футбол, Евсеев задал не из вредности, а как попытку объяснить свою претензию. Шнякин этот довод просто обошёл.

Моя позиция

Евсеев прав в существе: вратарь, который ошибается в ключевой момент, должен слышать об этом от тренера, но без личных выпадов. Шнякин прав в тоне: эмоции тренера не отменяют заслуг игрока. Вместе получается спор не о Филимонове, а о том, как у нас вообще говорят о вратарях.

А вы как считаете: тренер вправе так резко отзываться о бывшем сборнике или это уже перебор?